demvybor


Официальное сообщество партии «Демократический выбор»

Партия «Демократический выбор»


Previous Entry Share Next Entry
Политическая ситуация. 3. Переговоры.
ap_planer wrote in demvybor
Оригинал взят у ap_planer в Политическая ситуация. 3. Переговоры.

Само по себе предложение переговоров между властями и оппозицией, озвученное от имени властей Алексеем Кудриным, является несколько неожиданным. Дело в том, что переговоры обычно предлагают, видя перед собой силу, а лоскутная оппозиция, пусть даже и объединенная худо-бедно парой митингов, никакой политической силой не является.


Поясняю. Политическая сила – это сила, имеющая целью приобретение власти либо участие во власти. У политической силы должны быть кандидаты на вхождение во власть на всех уровнях, от муниципальных советов до высших постов в государстве. У политической силы должны быть сторонники на всех, или хотя бы на многих уровнях социальной лестницы. У политической силы должна быть позитивная программа, позитивная не просто в духе «за все хорошее против всего плохого», а отвечающая интересам конкретных социальных слоев (и, возможно, в чем-то ущемляющая интересы других слоев). Наконец, политическая сила должна быть силой, должна обладать хотя бы минимальным внутренним единством.

С этой точки зрения нынешняя оппозиция не является политической силой. Писатели, журналисты,  шоумены, блогеры, правозащитники – это скорее сила идеологическая, интеллектуальная, но это не те люди, с требованиями которых власти где-либо и когда-либо склонны считаться. Отставные политики скомпрометированы прошлым и ведут за собой слишком мало «серьезных» сторонников. Вечные лузеры, типа Явлинского, мало кому интересны. Официальные «оппозиционные» партии вообще стараются держаться подальше от «несистемной оппозиции», хотя формальное требование «несистемщиков» - это именно честное распределение мандатов между системными партиями. Но им это, похоже, не так уж сильно и надо.

Мышиная возня в среде оппозиционных лидеров, споры о том, кто имеет право представительства на переговорах, и чего, собственно, надо требовать (конечно же, счастья каждому, и чтобы никто не ушел обиженным!) не заслуживают сколь-либо подробного рассмотрения.

Повторюсь: власть сильна. Она может позволить оппозиции митинговать хоть каждую неделю: от власти не убудет. Может не позволить и силой разогнать неподчинившихся: силы хватит. Тогда почему вообще возникло предложение переговоров? Чем так страшна оппозиция, что от нее надо как-то откупиться?

Ответ прост и лежит на поверхности: Путину нужно легитимное избрание себя  в президенты. Путину нужны выборы, которые будут признаны честными. Он, собственно говоря, заявляет об этом открыто.


Путин хочет не просто стать президентом – эту должность он себе получит в любом случае, не надо иллюзий. Он хочет быть признанным президентом. Его не прельщает судьба «невыездного» Лукашенко, располагающего внутри своей страны всей полнотой власти, но абсолютно «нерукопожатного» за ее пределами. Дело, разумеется, не в том, что Путин боится утратить привычный круг общения, или что ему важно общественное мнение о себе. Россия большая, и глава такого большого государства вполне может быть самодостаточен. Дело в другом. Санкции против Лукашенко включают в себя арест на его счета и счета его ближайших соратников. Лукашенко смеется над этими санкциями, поскольку, судя по всему, средств на зарубежных счетах и иных серьезных зарубежных активов у него нет. Путин, по-видимому, такого себе позволить не может. Вот и все объяснение.


Здесь его уязвимое место, и это именно эта слабость делает оппозицию силой. Влияя существенным образом на формирование общественное мнения, оппозиция может либо признать, либо не признавать результаты выборов – и от этого во многом зависит судьба предстоящего путинского правления.

Реальный предмет торга со стороны Путина – это условия, на которых оппозиция готова признать «президентские выборы Путина» честными и свободными. Что может выторговать оппозиция взамен, и должна ли она вообще торговаться по этому поводу?

Я полагаю, что торг здесь неуместен. Выборы в любом случае не будут свободными, поскольку после  как минимум 10 лет политической деградации российского общества выдвижение сильных альтернативных кандидатов, по существу, невозможно. Им просто не дали «созреть»,  набрать себе политической силы. Оно невозможно и по форме, поскольку требование о сборе за пару новогодних недель двух миллионов подписей невыполнимо. Выборы не будут честными, поскольку голоса считать будут те же избиркомы, встроенные в путинскую «вертикаль власти». У этих выборов нет задачи передать власть тому, кого народ сочтет достойным, их задача - продлить путинское правление еще на 6 лет. Никакие веб-камеры и прозрачные урны не могут быть гарантией честности выборов. Если все ветви власти ориентированы на фальсификацию – выборы будут сфальсифицированы.

А если заказа на фальсификацию все же не будет? Честная игра: власти не мухлюют, Путин во втором туре честно выигрывает? Поверим? Что пообещаем в обмен на доверие? Чего еще попросим?

Единственный вариант, на который можно было бы согласиться: Путин избирается в качестве временного Президента, публично обещает через два года после избрания сложить полномочия, за это время проходит масштабная политическая реформа и публичное расследование деятельности путинского окружения. Сам Путин после отставки получает судебный иммунитет и гарантии сохранения за ним определенного объема активов. Но это мечтания,  на такой вариант никто не пойдет. Он, возможно, был бы приемлем лично для Путина, но не в одном же Путине дело…

Полагаю, что реальные переговоры, если они все же состоятся, будут носить куда более приземленный и циничный характер. Ряду деятелей оппозиции будут предложены деньги и посты в обмен на лояльность. Другим, более идеалистичным, будут предложены  (в сущности,  уже предложены) меры по косметическому ремонту избирательного законодательства, не затрагивающие по существу саму концепцию построения государственной власти в РФ.


Я полагаю, что со стороны оппозиции предмета для переговоров просто нет. Переговоры – это торг, на котором обе стороны постепенно уступают, пока не приходят к взаимоприемлемому варианту. Но оппозиции нечего отдавать взамен на обещание честно сосчитать голоса. Нет таких требований, от которых оппозиция могла бы отказаться. Пойдя на переговоры, оппозиция может многое проиграть, но вряд ли что-либо выиграет. Что можно выиграть? Легитимно выбранного Путина еще на шесть лет? Это было бы более чем сомнительным достижением. Если власть хочет чего-то предложить на переговорах – пусть предлагает, публично. Оппозиция обсудит, согласует позиции и ответит. Желание вступить в переговоры в иной форме я могу объяснить только самолюбием потенциальных «переговорщиков».

Пребывание Путина у власти вообще не должно быть предметом переговоров, за исключением варианта, указанного выше. Путин должен уйти. Точка. Реальные переговоры можно вести только о функционировании органов власти в переходный период после ухода Путина и об этапах судебной и конституционной реформы. Таких переговоров сегодня никто не предлагает и не предложит. Значит, надо работать над созданием ситуации, когда такие переговоры станут неотложной необходимостью для самой власти, как это происходило в свое время в Польше и других странах восточного блока. Время работает на нас, и история принадлежит нам.

Оппозиция должна приложить максимум усилий для ослабления антиконституционного режима личной власти Путина, в том числе через механизм «президентских выборов»:  добиваться, чтобы Путин получил на них минимальную долю голосов. Альтернативной тактики я в данный момент не вижу.



?

Log in

No account? Create an account